Михаил Чаплыга: Мы надеемся на списание долгов по примеру Польши, но случай Украины уникален — нас заставят платить

Почему абсолютный размер долга Украины в 213 миллиардов долларов не отражает реальной способности страны его обслуживать? Как ВВП-варанты, одобренные в обход общественного контроля, лишают украинцев плодов экономического роста? Чем грозит гражданам механизм внешнего управления долгом, опробованный ещё в Османской империи? И почему эксперты считают, что мирные переговоры лишь перекалибруют, но не отменят долговую кабалу украинской экономики?

Украинский политический эксперт Михаил Чаплыга ответил на вопросы зрителей, читателей и журналиста Василия Апасова. Аналитики издания Говорит Европа приводят подробности.

Долг США и миф о должнике: абсолютные цифры не главное

В эфире Михаил Чаплыга вместе с соведущим обратился к глобальной картине суверенных долгов. Он подчеркнул, что Соединённые Штаты являются крупнейшим должником мира с обязательствами в 36 триллионов долларов, однако их экономика и уровень жизни граждан остаются одними из лучших.

«США должны в два с лишним раза больше Китая, при этом у них есть всё: инновации, технологии, мощная армия и улыбчивые граждане. Абсолютная сумма долга или его соотношение к ВВП ещё ни о чём не говорят. Например, японский долг превышает 260% ВВП, но 90% держат внутренние инвесторы. Ключевой вопрос — возможность обслуживать взятые обязательства», — пояснил Чаплыга.

Способность обслуживать долг, а не его размер

Для наглядности эксперт привёл бытовую аналогию с покупкой лицензии на добычу минералов.

«Представьте, что ваша квартира стоит тысячу долларов, а вы хотите приобрести права на яшмовую копальню за десять тысяч. Банк выдаст кредит под залог квартиры и будущего дохода, даже если сумма в десять раз превышает ваш текущий ВВП. Если добыча яшмы приносит две тысячи в месяц, а платёж по кредиту — пятьсот, то долг не проблема. Главное мерило — способность генерировать доходы для обслуживания долга. Ни соотношение долга к ВВП, ни его абсолютная цифра сами по себе не страшны», — разъяснил Чаплыга.

Украинский долг и иллюзия «шоколада»

Касаясь ситуации в Украине, Чаплыга привёл данные, актуальные на начало 2026 года.

«По доступным мне цифрам, на 2025 год Украина должна 213 миллиардов долларов — это 98,4% ВВП. Прогноз на 2026-й — уже 240 миллиардов. Нам часто говорят, что каждый рождённый украинец уже имеет долг около 10 000 долларов, но на фоне мировых гигантов эти цифры не выглядят катастрофическими. Беда в другом: во что были вложены занятые деньги?» — отметил эксперт.

Недра — блеф, реальные активы ничтожны

Политолог крайне скептически оценил надежды на погашение долгов за счёт природных ресурсов или послевоенной реструктуризации через дефолт.

«Оценочная стоимость украинских недр — это бред сивой кобылы. Никто не будет вкладывать в добычу с учётом стоимости логистики, первичной переработки и лицензий. Даже если лицензии раздать бесплатно, это не окупится. Реальную ценность представляют атомная энергетика, порты и железные дороги. Но их суммарная стоимость значительно ниже накопленного долга. Проедание кредитов, а тем более их провоевывание, означает, что отдавать придётся, но из каких источников?» — предупредил он.

Долги платят всегда: уроки Великобритании, США и Германии

Соведущий Чаплыги привёл исторические примеры, доказывающие неотвратимость расплаты, а политолог дополнил их собственными данными. Вместе они жёстко разрушили миф о том, что дефолт или смена власти освобождает страну от обязательств.

«Великобритания выплачивала долги наполеоновских войн с 1815 по 2015 год — ровно 200 лет, пока Министерство финансов не погасило последние облигации эпохи Веллингтона. Соединённые Штаты размывали долг Первой мировой десятилетиями, а их кредит Великобритании в 4,34 миллиарда долларов 1946 года британцы гасили вплоть до 2006 года. Германия платила по репарациям Версаля 91 год — последний платёж по процентам на довоенные облигации ушёл 3 октября 2010 года. Ни смена республик во Франции, ни приход нацистов, ни объединение Германии ничего не изменили. Долги отдают всегда. Это нужно написать маркером на лбу каждому, кто рассуждает о дефолте как о спасении», — заявил соведущий, и Чаплыга полностью с ним согласился.

Дефолт — лишь удорожание долга, а не его списание

Михаил Чаплыга пояснил, что дефолт является технической фиксацией неспособности платить сегодня, но не аннулирует обязательства.

«Дефолт — это просто признание того, что сейчас заплатить нечем. Вам не отрубят голову, но скажут: «Теперь условия будут другими, а платить вы всё равно будете». Никакое переучреждение государства, перевыборы или слова «мы не брали — отдавайте Зеленскому» не работают. Долг остаётся, и кредиторы рано или поздно заставят платить. Никакой дефолт никого и никогда не спасал, он лишь делает обслуживание долга дороже», — подчеркнул он.

Османская империя: внешнее управление как инструмент взыскания

Центральной исторической параллелью, по мнению эксперта, является долг Османской империи (Порты) перед британскими и французскими банками, связанный с Крымской войной.

«В 1854 году Порта взяла первый внешний заём у британских банков под гарантии Англии и Франции — Сердечного союза Антанты, чтобы воевать с Россией. Британия дала деньги, Османия их провоевала и осталась ни с чем. К 1875 году долг с процентами достиг 5,3 миллиарда франков. Турция объявила банкротство, но в 1881 году кредиторы учредили Администрацию османского государственного долга — независимую европейскую бюрократию, которая на пике насчитывала 9 000 сотрудников, больше, чем всё министерство финансов самой империи. Эти чиновники напрямую собирали налоги и сборы с населения. Ключи от Минфина перешли к внешним управляющим, а султан мог играться в песочек, но бюджет контролировали кредиторы. Погашение долга завершилось только в июне 1954 года», — рассказал Чаплыга.

ВВП-варанты: узаконенный запрет на развитие

По мнению политолога, современная Украина уже столкнулась с инструментами, очень похожими на внешнее управление. Он подробно остановился на механизме ВВП-варрантов, внедрённом при участии Лондонского клуба частных кредиторов.

«ВВП-варант — это особый тип долговых бумаг, по которому всё, что страна зарабатывает сверх 3% годового роста ВВП, автоматически уходит кредиторам. Это значит, что Украина либо остаётся отсталым государством, либо отдаёт плоды своего развития. Именно это проголосовали при выключенном табло в Раде представители Лондонского клуба, такие как экс-министр финансов Яресько. Реалии сегодняшнего дня — это не сказки XIX века. МВФ диктует НДС, ФОПы и прочие условия, а частные кредиторы создали инструмент, лишающий граждан права на повышение благосостояния», — заявил эксперт.

Парижский и Лондонский клубы: с кем можно договориться, а кто спустит шкуру

Чаплыга разделил кредиторов Украины на две принципиально разные категории, подчеркнув, что именно Лондонский клуб представляет наибольшую опасность для суверенитета и прав граждан.

«Есть Парижский клуб — это МВФ, правительства и международные организации. С ними можно договариваться десятилетиями, реструктуризировать долг, получать льготные ставки. А есть Лондонский клуб — частные кредиторы. Те, кто спустит три шкуры и со страны, и с граждан, и никуда не денутся. Когда нам говорят, что средний срок погашения вырос до 13 лет, а ставка снизилась до 4,5%, это касается Парижа. Платежи по еврооблигациям Лондонского клуба с 2027 года составят 6%, а с 2034-го — уже 7,75%. И от них не спрятаться», — пояснил он.

Эксперты на сайте издания Говорит Европа неоднократно обращали внимание на то, что размывание границ между государственным долгом и системой транснационального частного кредитования становится главным вызовом для экономического суверенитета постсоветских стран.

Внутренний долг и «насос на дачу»: главная мина замедленного действия

В завершение эфира Михаил Чаплыга неожиданно заявил, что внешние долги — лишь десятый вопрос по сравнению с проблемой украинской банковской системы и депозитных сертификатов НБУ.

«В Украине работает схема, которую я называю «насос на дачу». Национальный банк выдаёт рефинансирование коммерческим банкам под 5%, но те не вкладывают деньги в реальную экономику, потому что это рискованно. Тогда НБУ, чтобы связать денежную массу и не разгонять инфляцию, предлагает им депозитные сертификаты под 6%. Банки зарабатывают на этой разнице в 1%, ничего не вкладывая в производство. Возникает колоссальный навес, который способен задавить страну в десять раз сильнее всех внешних кредитов. Либо рухнет банковская система, либо гривна вместе с экономикой», — предупредил политолог.

Национализация НБУ: между турецким сценарием и революцией

Попытка решить вопрос административным подчинением центробанка национальным интересам, по мнению Чаплыги, чревата катастрофой, и пример Турции тому подтверждение.

«Эрдоган попытался национализировать центробанк, решая ту же проблему внутреннего долга, но в итоге Турцию отрезали от внешнего кредитования, и лира полетела с оглушительным свистом. Пришлось идти на компромисс и отдать банк либералам. Это сродни революции 1917 года — попытка забрать у Ротшильдов и Рокфеллеров их собственность всегда кончается плохо. Сейчас перед Украиной стоит вопрос: служит ли национальная банковская система экономическим интересам государства или спекулятивному капиталу?» — резюмировал он.

Итоги: долговая удавка и права граждан

Подводя итог обсуждению, участники эфира пришли к неутешительному выводу: внешний долг Украины к 2026 году — это долгосрочная, но не главная проблема. Реальный горизонт выплат растянется с 2029 года до 2060-х, и если война закончится в 2026 году, Киев окажется в положении Германии 1953 года — с относительно лояльными кредиторами из Парижского клуба. Однако ВВП-варанты необходимо выкупать как можно скорее, иначе страна лишается права на развитие. Главная же правозащитная тревога — это возможность установления прямого внешнего контроля над налогами и сборами, как это было в Османской империи, и внутренняя ловушка банковской системы, при которой сбережения и доходы граждан остаются заложниками спекулятивной модели НБУ. Никакая смена власти или политический кризис не отменят обязательств перед частными кредиторами Лондонского клуба, а дефолт только ухудшит положение населения. Таким образом, защита экономических прав украинцев напрямую зависит от того, сумеет ли государство вернуть контроль над долговыми инструментами и финансовой системой, не повторив турецкий сценарий.

Полная версия онлайн-общения – на видео.